Пользовательский поиск

Чувство осязания: теория Р. Штайнера

Что такое чувство осязания

Первые представления, которые Рудольф Штайнер положил в основу своего общего учения о чувствах, находятся в докладах с общим на­званием «Антропософия», прочитанных им в 1909 году. Там он гово­рит о десяти чувствах, не включая в их состав, в отличие от последую­щих представлений, ни чувство осязания, ни чувство Я. Это обстоятель­ство имеет огромное значение, ибо Рудольф Штайнер настойчиво ука­зывал на тот факт, что он не признает осязание действительным чувст­вом.

Продолжение ниже

Клиническое применение методик краниосакральной терапии

... другой, тонкий физиологический подход к лечению болезней и дисфункций в теле человека. Мы показали вам, как можно развить и усилить ваше чувство осязания и как проводить пальпацию слабых типов напряжения, которые являются ключом к непонятным клиническим проявлениям и к упорно не реагирующим ...

Читать дальше...

всё на эту тему


Он говорит: «Почему исключается то, что наука называет осязани­ем... Осязание исключается потому, что в том виде, как его обычно описывают, оно является выдумкой, фантастическим образом физиоло­гии. Как таковое оно не существует, ибо целый ряд чувств, как таковых, можно было бы назвать чувством осязания. Но нет никаких оснований говорить собственно о чувстве осязания».

Из этих слов видно, что Рудольф Штайнер не признавал осязание, как оно обычно описывает­ся, самостоятельной формой чувства, но речь может идти об осязатель­ных ощущениях, присущих также и другим чувствам. По этому поводу, в той же связи, он говорит следующее: «Однако при правильном рассмотрении осязанием является не только то, что мы делаем, ощупывая какой-нибудь объект, касаясь его поверхности; мы осязаем так­же и тогда, когда отыскиваем что-либо глазами. Также обоняние и чувство вкуса могут нечто осязать. Когда мы нюхаем, мы нечто осязаем нашим чувством обоняния. Вплоть до чувства тепла, осязание является общим свойством для чувств с четвертого по седьмое (чувство вкуса, чувство обоняния, чувство зрения, чувство тепла).

Из этого видно, что об «осязании» говорится в противоположность «чувству осязания», и что некий род осязания лежит в основе четырех «средних чувств». И когда Рудольф Штайнер добавляет, что «посредст­вом чувства осязания воспринимаются поверхности внешнего мира», тогда мы начинаем понимать, что он имеет в виду.

Еще точнее выражается он на эту тему в книге, явившейся результатом переработки вышеупомянутых докладов, изданной лишь позже в не­полной форме. Там он говорит:

«У того, что мы называем чувством осязания, чувственный характер проявляется не в том же виде, как у десяти перечисленных чувств. Оно передает внешнее давление, противодействие, твердость, мягкость. Оно представляет существо того, что называют «давлением». Это ни в коем случае не простой процесс. В действительности мы не непосредственно испытываем давящее на нас тело, но тот факт, что им обусловлено дав­ление на нашу кожу в том или ином месте, или требуется большее или меньшее усилие, чтобы произвести давление на тело».

В заключение отмечены основополагающие различия между ощущени­ем тепла и осязательным ощущением и указано на то, что там мы вос­принимаем свойства самого предмета, здесь же речь идет о самоощу­щении. Осязание передает нам не качество ощупываемого предмета, но взаимоотношения, в которых я сам нахожусь с этой вещью, принадле­жащей внешнему миру.

Мы испытываем «осязание», но не «осязаемое». В осязании лежит ак­тивность воспринимающей личности, которая проявляется также в «средних чувствах». Но там открывается нам затраченная осязательная активность чувственного впечатления, которое лежит по ту сторону осязания. «Осязание» жидких субстанций дает нам восприятие вкуса, «осязание» температурных состояний дает нам ощущение тепловых ка­честв и т.д., так что различие между осязанием как активностью и чув­ством осязания отчетливо видно.

О последнем же Рудольф Штайнер еще в 1910 году, в упомянутой выше книге, говорил: «То, что непосред­ственно ощущается при осязании, можно всегда найти в области трех перечисленных здесь чувств. Тело, которое производит на меня давле­ние, обусловливает, например, смещение положения внутри моей те­лесности; это может быть воспринято чувством жизни, чувством собственного движения или чувством равновесия. Так что чувство осязания само по себе в этом описании рассматривается как вид пространства, внутри которого воспринимается опыт трех других чувств по отдель­ности или в различных комбинациях. Осязательные впечатления – это сложнейшие переживания, которые выстраиваются в единое целое из восприятий трех «нижних» чувств в связи с ранее воспринятым, восста­новленным в воспоминании. Если я провожу рукой по шелковой мате­рии, тогда ощущение воспринятого мной движения, смешанное с неж­нейшим жизненным ощущением, вызывает во мне воспоминание «это подобно шелку». Ощущение давления необходимо, чтобы прийти к за­ключению «это шелк».

Само чувство осязания – это только пространст­во, внутри которого мы воспринимаем комбинации ощущений.

Когда Рудольф Штайнер в 1916 году вернулся к рассмотрению своего учения о чувствах, он дал чувству осязания его собственное место. Он добавил также чувство «Я» и тем самым пришел к двенадцатиричности чувств. Об осязании он сказал, что оно является «тем чувством, посред­ством которого человек наиболее материальным образом вступает в от­ношения с внешним миром. Посредством чувства осязания человек, в некотором смысле, сталкивается с внешним миром... но, тем не менее, процесс осязания разыгрывается в пределах кожи человека».

Здесь чувство осязания признается в его самостоятельности, но лишь постольку, поскольку посредством его мы воспринимаем не окружающий мир, но его воздействие на нас посредством поверхности нашей кожи. Так что мы можем говорить о том, что чувство осязания представляет собой своего рода «пред-чувство», которое передает нам не первичный, но только вторичный чувственный опыт. То, что я воспринимаю, это состояния моего собственного тела, которые, собственно, принадлежат области чувства жизни, собственного движения и равновесия. Само «осязание» остается скрытым для моего сознания, хотя я постоянно на­полнен переживаниями, которые получаю посредством чувства осяза­ния. Но при осязании мы имеем дело вовсе не с переживанием вос­приятия, поскольку оно перекрывается другими чувственными впечат­лениями. Также в языке нет специальных обозначений для осязатель­ных качеств, но мы употребляем для этих впечатлений слова: мягкий, твердый, острый, тупой, гладкий, шероховатый и т.д. Эти обозначения представляют не содержания восприятия, но суждения; множество чувственных впечатлений и ощущений собираются воедино, и результат их обозначается одним словом. «Острое» столь же мало является осяза­тельным ощущением, как и «тупое»; сюда, пожалуй, вплетены эмоцио­нальные ощущения, зрительный опыт и жизненные ощущения.

Здесь дело не в игре слов, но в необходимом разграничении, поскольку иначе мы не сможем прийти к действительному постижению чувства осязания.

Ибо оно не открывает нам взгляд на внешний мир, но дает смутное переживание границ нашего телесного существования.

Осязательное переживание

Физиология чувств и психология сегодня также испытывают значи­тельные трудности при попытке отграничить чувство осязания от дру­гого чувственного опыта. Поэтому большей частью говорят о кожной чувствительности, которая подразделяется на чувства боли, осязания, температуры и давления. Чувство давления называют также проприоцептивной (глубокой) чувствительностью или мышечным чувством. Самому чувству осязания приписывают различные качества восприятия; большей частью ощущения давления, касания и вибрации.

Но то­гда говорят: «Все больше склоняются к воззрению, что ощущение вибрации является не модифицированным ощущением давления или прикосновения, но представляет собой отдельную модальность чувств. Оно возникает, например, если рукой коснуться колеблющегося камертона или положить ладонь на гортань во время пения... Чувство вибрации имеет вместе с ухом осцилляторную форму раздражения».

Из этого видно, что переживание осязания и ощущение осязания это почти непостижимое состояние, которое мы все хорошо знаем, но опи­сание и дифференциация которого дается нам с трудом.

Наш опыт осязания не ограничивается только кожей, но как общее ощущение он глубоко проникает в наше тело. Состояние наполненно­сти определенных органов, опухание, воспаление мы ощущаем как дав­ление или тянущее ощущение внутри тела. Также толчки крови в кон­чиках пальцев и в висках, сердцебиение – это осязательные ощущения внутри тела.

На коже мы испытываем осязательные ощущения в широком диапазоне, от едва заметного прикосновения до ударов и толчков. Но что является действительным переживанием осязания во всей этой связке ощуще­ний?

Приятно лежать на солнечном пляже на берегу моря. Нам доставляет удовольствие обволакивающий наше тело равномерно прогретый мел­кий песок. Но в тот момент, когда по руке ползет муравей, мы испыты­ваем неприятное чувство и делаем энергичное защитное движение. Здесь вначале осязательное восприятие почти полностью заполнено ощущением теплого песка и обволакивания нашего тела. Это приятное ощущение мгновенно разрушается в своем равновесии ползущим по ру­ке муравьем, и следует защитное движение. Чем же во всей этой облас­ти является переживание осязательного ощущения? Это не что иное, как смутное осознание границ моего тела, которые не нарушаются пес­ком, но нарушаются ползущим муравьем.

Если я, например, приложу к своему лицу раскрытые ладони, я буду вначале иметь очень дифференцированное тепловое ощущение, в зави­симости от того, теплее или холоднее лицо моих ладоней. Но это вос­приятие температуры перекрывается ощущением соприкосновения ла­доней и щек, и за всем этим всплывает темное восприятие формы по­верхности моих щек и лежащих за ними костей. Я испытываю здесь ощущение границы. Это ощущение, состоящее из давления и сопротив­ления, дающее нам первое смутное осознание нашего бытия.

Это восприятие границ нашего тела не является общим единообразным впечатлением, но дифференцируется благодаря тому, что мы имеем возможность определить место, на котором возникает это ощущение границы. Мы точно знаем, в каком месте муравей касается нашего тела, когда он карабкается по тыльной стороне кисти нашей руки. Мы точно прослеживаем, например, где жмет нашу ногу ботинок, и с большой точностью можем определить место на коже, которое подверглось давлению. Эта локальная ориентировка представляется весьма удивитель­ным феноменом, поскольку само переживание осязания весьма смутно. Часто складывается впечатление, что восприятие места – это собствен­ный и единственный сознательный элемент, возможный в этой области. Не осязание, но восприятие места является сознательным элементом чувства осязания.

Вследствие этого общее осязательное восприятие уже становится расщепленным в себе ощущением. Мы смутно ощущаем границы, которые разделяют внешний мир и внутреннее пространство нашего тела. Но, кроме того, мы воспринимаем отдельные места и включаем их в образ, который мы составили о себе и нашем теле. Также и здесь сливаются различные душевные деятельности и переживания: многообразные вос­приятия локализованной боли, ударов, сезонных изменений температу­ры и давления, которые испытывает наше тело. Они вырисовываются на темном фоне общего переживания осязания, подобно рисунку, который мы набрасываем цветными мелками на темном грунте. Только большей частью мы забываем, что без этого темного грунта не мог бы возник­нуть цветной рисунок; сам же он исчезает под рисунком. Переживание осязания подобно хорошему зеркалу, которое отражает наш образ, само же остается невидимым. Оно почти неощутимо, и все же образует базу для всех разыгрывающихся на нем чувственных восприятий.

То, что мы попытались здесь охарактеризовать, как осязательное переживание – это результат той осязательной активности, о которой мы го­ворили ранее. Оно лежит в основе средних чувственных процессов и в смутной форме выступает также в области чувства осяза­ния, так что мы должны различать между самим осязанием, чувством осязания и осязательными переживаниями. Только проведя такую диф­ференциацию, мы можем прийти к пониманию описываемых здесь взаимосвязей.

Когда Рудольф Штайнер в курсе «Общее учение о человеке как основа педагогики» описывал четыре нижних чувства, он охарактеризовал их как волевое чувство. «Эти чувства пронизаны, главным образом, воле­вой деятельностью... Вы должны чувствовать, как в восприятии движе­ния... действует воля. Покоящаяся воля действует также в восприятии вашего равновесия. В чувстве жизни она действует очень сильно, она действует также в ося­зании, ибо когда вы что-то ощупываете, это, в сущности, является взаи­модействием вашей воли с окружающей средой».




© Авторы и рецензенты: редакционный коллектив оздоровительного портала "На здоровье!". Все права защищены.


Мне нравится0
Артём
:D
Имя Цитировать Мне нравится0
 
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение
 

nazdor.ru
На здоровье!
Беременность | Лечение | Энциклопедия | Статьи | Врачи и клиники | Сообщество


О проекте Карта сайта β На здоровье! © 2008—2017 
nazdor.ru, nazdor.com
Контакты Наш устав

Рекомендации и мнения, опубликованные на сайте, являются справочными или популярными и предоставляются широкому кругу читателей для обсуждения. Указанная информация не заменяет квалифицированную медицинскую помощь, основанную на истории болезни и результатах диагностики. Обязательно проконсультируйтесь с врачом.

Размещенные на сайте информационные материалы, включая статьи, могут содержать информацию, предназначенную для пользователей старше 18 лет согласно Федеральному закону №436-ФЗ от 29.12.2010 года "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию".