Пользовательский поиск

К. Быков: представление о нервной деятельности

Прежде чем перейти к обоснованию и подробному рассмотрению ме­тодов исследования современной физиологии, необходимо вспомнить тот длинный путь, который она проделала, подготовляя познание явле­ний, совершающихся в целом организме. Изучая реакции животного, физиология давно уже приняла за исходную точ­ку зрения рефлекторную теорию. Впервые Декарт высказал мысль о рефлекторной деятельности, и с тех пор на протя­жении нескольких столетий понятие о рефлексе в физиоло­гии сыграло колоссальную роль. На первых порах развития экспериментального метода в применении к изучению нерв­ных процессов, т. е. со времен Мажанди, Биша, Белла, И. Мюллера, Галла и других крупнейших представителей физиологической науки, под рефлекторным действием понима­ли неосознаваемое отражение ощущения в действии. Вопрос же о соотношениях ощущений и так называемых произвольных действий трактовался физиологами в течение долгого времени вне связи с рефлекторной теорией в той ее форме, которая господствовала до Сеченова и Павлова.

Продолжение ниже

Интерорецепция

Классическая физиология, давшая нам представление ... ... выяс­нению того, какие эфферентные нервные волокна воздейству­ют ... ... воз­никновения той или иной группы рефлексов (учение о рецептивных ... ... мочеполовой и в костно-мышечной системах. Первая группа рецепторов ... ... раздражителями, возникающими в самом организме, целесообразно обозначать ...

Читать дальше...

всё на эту тему


До 30-40-х годов прошлого столетия оформленного учения о рефлексах в том понимании, в каком оно сформировалось к настоящему времени, еще не существовало, хотя термин «реф­лекс» в том значении, которое он сохранил до Павлова, был предложен Прохаска еще в 1788г.

Представителями физиологии начала прошлого столетия яв­ления, ныне рассматриваемые как рефлексы, трактовались как результат анастомозов между чувствующей и двигательной системой, а не как следствие деятельности нервных центров. Хотя отдельные исследователи (Уитт, Гэлс) и опубликовали опыты, показывающие важную роль в рефлекторном ответе спинного мозга, но это не дало еще возможности обосновать рефлекторную деятельность как деятельность, в которой основную роль играет центральная нервная система.

У большинства исследователей представление о нервной деятельности связывалось с субъективными понятиями об ощущениях и осознаниях. Наблюдения того времени сводятся к учету наличия или отсутствия мышечного сокращения, иногда к субъективной оценке его силы, к попытке определения, какие мышцы сокращаются. Графический метод возни­кает примерно около 1850г. Учет же сенсорных возбуждений сводится или к самонаблюдению, или, при опыте на животном, к регистрации феноменов боли (крик, конвульсии). О роли центральной нервной системы существовало довольно примитивное представление.

Такой выдающийся ученый, как Флуранс, представлял себе очень упрощенно с современной точки зрения, что определенные функции приурочены к определенным узко ограниченным участкам мозга. У Флуранса представление о раздробленности нервной системы на функционально и анатомически обособленные отделы выражено более резко, чем у других ученых его времени (Мажанди, Ч. Белл, И. Мюллер, Лонже и др.), но это была, несомненно, твердо взятая линия, наложившая отпечаток на долгое время на развитие физиологии и заставившая мысль исследователей искать объяснение нервной деятельности главным образом в ее морфологическом строении. Флуранс с твердым убеждением заявляет:

«...экспериментируя раздельно на каждой части нервной системы, я отделил функцию каждой из них; я последовательно узнал и указал роль нервов, спинного мозга, мозжечка, четверохолмия и мозговых долей. Теперь, когда эта роль признана и указана, всякий понимает возмож­ность вывести изменение частей из изменения свойств и, наоборот, пора­жение свойств из поражения частей. Это цель и конец всякой физиоло­гии и всякой патологии».

Некоторые из современников Флуранса и более позд­ние представители физиологии пытались встать на другой путь — искания закономерностей рефлекторных актов в самих функциональных проявлениях рефлекторной дуги (Пфлюгер и др.). Но над ними довлело общепринятое тогда толкова­ние физиологических явлений только с позиций анатомических, и с субъективной оценкой наблюдаемого. Это была домини­рующая линия — линия раздробления нервной системы. Нужно, конечно, признать, что иначе и не могли думать представители только еще зарождающейся физиологии нервной системы. Долго еще пришлось оценивать наблюдаемые яв­ления с субъективной точки зрения, пока вопрос о роли центральной нервной системы в рефлекторном акте не стал на прочный путь исследования координации. Путь, указанный Мажанди и Беллом, служил отправным моментом на всем протяжении XIX века. До самого последнего времени делаются попытки построить геометрическое представление о сложной рефлекторной дуге, проходящей и через самые высшие отделы центральной нервной системы. Уже на ранних стадиях создания рефлекторной теории делаются попытки выключить из представления о рефлекторном акте участие сознания. По первоначальным представлениям, рефлекторный акт складывался из трехчленной формулы: ощуще­ние — сознание — действие, а Маршал Галл исключает неизвестный психологический (душевный) процесс и устанав­ливает двухчленную цепь: ощущение — движение. Таким обра­зом, учение о рефлексах уже сравнительно рано начинает отгораживаться от явлений сознания и воли. Позволю себе привести по этому поводу аргументацию М. Галла:

«...Если крепко ударить лошадь по черепу, то она падает без созна­ния... Но если в этом состоянии раздражать соломинкой задний проход, то хвост поднимается. Уже из этого опыта видно, что удар по передним долям мозга уничтожил способность к чувствованию и воле, в то время как функции эксцитомоторной нервной системы сохранились ненарушен­ными».

Воля, по представлению М. Галла, вмешивается только в произвольные движения.

Интересно отметить, что М. Галл высказывает взгляд о единстве нервной системы в ее нормальном функциональ­ном проявлении и резко подчеркивает порочность дробления организма на отдельные части. Правда, в своих дальнейших высказываниях и этот глубоко проникновенный ученый раздробил нервную систему. Нельзя, конечно, признать, что М. Галл совершенно освободил физиологию от предвзятых представлений об участии воли и сознания в рефлекторном акте, но все же, введя понятие об эксцитомоторной системе, он до некоторой степени отделил рефлекторные движения от сознательных и волевых. И. Мюллер более точно охаракте­ризовал рефлекторный акт и опять подчеркнул разницу реф­лекторных и произвольных движений. На протяжении второй половины прошлого века понятие о рефлекторных реакциях начинает резче обособляться от понятия о произвольных актах. С одной стороны, рефлекторная теория разрабатывается чрезвычайно детально и полно (Шеррингтон, Лючиани, Магнус, Монакови многие другие исследователи), с дру­гой — учение о произвольных и вообще сложных реакциях отходит всецело к психологии, пользовавшейся субъективным методом наблюдения. Если и делались отдельные попытки трак­товать психические явления с помощью объективных методов, то большинство исследователей-физиологов при изучении дея­тельности высших отделов центральной нервной системы стано­вилось на путь субъективных толкований наблюдаемых явле­ний. Физиологическая мысль твердо придерживалась того мне­ния, что двигательные реакции животного и человека нужно разделить на рефлекторные и произвольные. Если по отноше­нию к рефлекторным реакциям физиолог уже давно был в счастливом положении, имея огромный экспериментальный ма­териал, то по отношению к реакциям произвольным имелось только субъективное и, можно сказать, произвольное толкова­ние. Казалось, что старые предположения основателей теории по существу нисколько не изменились. Нужно вспомнить, что уже Биша к началу XIX века разделил все физиологические процессы на анимальные и растительные. В своей книге «О жизни и смерти» он говорит:

«…Каждая из жизней, анимальная и растительная, составляется из двух родов функций, которые следуют друг за другом и сцепляются в противоположном направлении».

В основу этого деления легло представление Биша о раз­делении жизни организма на органическую и анимальную. Первая жизнь, общая животным и растениям, охватывает собой сумму процессов питания, усвоения, выделения; вторая же является исключительной принадлежностью животного царства и охватывает сумму процессов восприятия раздражений внешнего мира, реакции на них, передвижения в пространства.

Эти мысли Биша красной нитью проходили через всю физиологию до наших дней. С одной стороны, это положение привело к широкой разработке физиологии вегетативных процессов, а с другой — к ясно выраженной и ошибочной тенденции изолированного изучения вегетативных и анимальных сфер независимо друг от друга. Нельзя все же упрекать Биша в попытке разорвать целостный организм, ибо в его же труде имеются указания и на теснейшую связь между органической и животной жизнью. Несмотря на то, что физио­логия со времен Биша накопила большой материал о соот­ношениях между вегетативными и анимальными процессами, однако до настоящего времени мы встречались с противопоставлением одной сферы другой более часто, чем с их взаимной связью и единством в обеспечении сложной организации.

В самом деле, само уже резкое разграничение нервной систе­мы на церебральную и автономную приводит к противопостав­лению двух отделов единого в своей функциональной целостности регулирующего аппарата. Дело, конечно, не только в наименовании, но и в том, что противопоставление автоном­ной системы, иннервирующей висцеральные органы, системе церебральной, иннервирующей соматическую мускулатуру и рецепторные аппараты, приводит и к существенно важному признанию особой роли автономной системы, способной регу­лировать уровень физиологических процессов. Уже давно часть автономной системы получила наименование сим­патической системы, устанавливающей «симпатии» в организ­ме, т.е. служащей как бы для объединения всей сложной дея­тельности организма. Отсюда уже со времени Самуэля зародилась мысль о трофической роли нервной системы, кото­рая покоится главным образом на наблюдениях клиники при оценке различного рода заболеваний, где этиологический момент неясен или поражение не связано с нарушением цело­сти нервных проводников или центральных нервных образо­ваний. Трофическую функцию стали приписывать не только в собственном смысле симпатической системе, но и другим частям автономной системы, именно парасимпатической систе­ме и в дальнейшем церебральной системе.

Накопление новых фактов, непонятных с точки зрения нормального функционирования, обеспеченного известными в настоящее время регуляторными приспособлениями, приводит исследователя к мысли об особой роли нервной системы в жизнедеятельности клеточ­ных структур, о трофическом значении нервной системы с нали­чием особых трофических нервных проводников, подобных спе­цифическим моторным или секреторным. Всем хорошо известно деление Гейденгайном волокон, интернирующих железы, на секреторные и трофические, или же указание И.П. Павлова на существование особых трофических нервов сердца. На опре­деленном этапе развития науки, во времена Гейденгайна и Пав­лова, указание на трофику было весьма плодотворным, ибо вызвало ряд исканий, разъясняющих загадочное влияние нервной системы. Указание на трофическую функцию нерв­ной системы породило ряд новых теоретических предположе­ний о роли нервной системы в деятельности органов и тканей, не подкрепленных, однако, анализом «трофической» функции и тем самым не давших в руки исследователей новых возмож­ностей для проникновения в природу регуляторного процесса.

Если фактический материал по вопросу о трофике имеет важ­ное значение, то недостаточно обоснованные теоретические суждения не создали новых представлений о роли нервной системы. Опять, как и на заре возникновения рефлекторной теории, были высказаны многочисленные предположения о дробности и локализации трофической функции, об антаго­низме симпатической и парасимпатической системы, об импе­ративной роли трофики в нормальном и патологическом течении процессов, об адаптационной роли симпатической систе­мы и многие другие, весьма остроумные предположения.

На здоровье! ©




© Авторы и рецензенты: редакционный коллектив оздоровительного портала "На здоровье!". Все права защищены.


 
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение
 

nazdor.ru
На здоровье!

Пользовательский поиск

Узнайте больше:

Интерорецепция


Общие замечания о временных связях внутренних органов


Лекция К. Быкова о развитии рефлекторной теории И.П. Павлова


Условнорефлекторные связи в деятельности пищеварительного аппарата


Кортикальные связи сердца и сосудов (исследование лаборатории К. Быкова)


Корковые импульсы и обмен веществ (исследования лаборатории К. Быкова)


Вклад лаборатории К. Быкова в изучение условных и безусловных рефлексов


Условнорефлекторные связи почки


Лекция К. Быкова о соматической и вегетативной нервной системе


Условнорефлекторные связи печени


Всё на тему физиология, организм, нервная система, рефлекс



Большинство диет для похудения просто крадут ваши деньги

Логин:

Пароль:



Забыли свой пароль?
Регистрация
войти / регистрация

Беременность | Лечение | Энциклопедия | Статьи | Врачи и клиники | Сообщество


О проектеКарта сайта β На здоровье! © 2008—2015
nazdor.ru, nazdor.com
Контакты Наш устав

Рекомендации и мнения, опубликованные на сайте, являются справочными или популярными и предоставляются широкому кругу читателей для обсуждения. Указанная информация не заменяет квалифицированную медицинскую помощь, основанную на истории болезни и результатах диагностики. Обязательно проконсультируйтесь с врачом.

Размещенные на сайте информационные материалы, включая статьи, могут содержать информацию, предназначенную для пользователей старше 18 лет согласно Федеральному закону №436-ФЗ от 29.12.2010 года "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию".