Пользовательский поиск

Исследования крови: пытливые и инквизиторы

Леонардо да Винчи игнорировал учение Галена, а Парацельс сжег его работы, но, как ни парадоксально, окончательно развенчал галеновскую анатомию приверженец этого знаменитого врача древности.

Продолжение ниже

Гемодинамические сдвиги при недостаточности кровообращения

... изучала характер гемодинамических сдвигов в большом и малом кругах кровообращения при различных степенях недостаточности кровообращения ... ... астмой — высокое СГДБКК. Интересны результаты эхокардиографического исследования больных хроническими неспецифическими заболеваниями легких ...

Читать дальше...

всё на эту тему


Блестящий молодой человек, на долю которого выпало свершить этот научный подвиг, родился в Брюсселе в последний день 1514 года. Миру он стал известен под именем Андреаса Везалия. Фамилия его представляла собой латинизированный вариант слова Везель — названия немецкого городка, где прежде жила семья Андреаса.

Отец Андреаса был аптекарем, и это предопределило жгучий интерес мальчика к медицине и анатомии. В детстве он ловил мышей, крыс, лягушек и птиц, вскрывал их и тщательно изучал особенности их строения. К серьезным занятиям медициной он приступил в семнадцать лет, а уже девятнадцатилетним юношей стал студентом Парижского университета. В университете Андреас изучал анатомию под руководством Жака Дюбуа, известного врача и преподавателя, который, разумеется, был преданным последователем Галена.

Вскрытие человеческих трупов в то время практиковалось крайне редко, и наглядными пособиями на лекциях по анатомии служили в основном собаки и другие животные. В соответствии с нравами эпохи, Дюбуа и не помышлял производить вскрытие самостоятельно. В те времена любой уважающий себя врач считал ниже своего достоинства заниматься столь презренным делом. Поэтому трупы вскрывал вооруженный бритвой цирюльник, а Дюбуа читал студентам отрывки из работ Галена, относившиеся к тем органам, которые появлялись перед их глазами по ходу операции.

Разумеется, никто и не пытался сколько-нибудь внимательно изучить органы и ткани животных и установить их соответствие описаниям Галена. Столь непочтительные действия вызвали бы только неодобрение, так как бросали бы тень сомнения на великий авторитет. Если при чтении галеновского текста Дюбуа доходил до трудного или непонятного ему места, он попросту пропускал его. Так преподавали анатомию в Парижском университете в 1532 году.

Везалий был прилежным и добросовестным студентом. В тех редких случаях, когда на лекциях по анатомии удавалось раздобыть человеческий труп, он вызывался заменять цирюльника и производил вскрытие самостоятельно. Несомненно, что давая свое согласие на эту операцию, Дюбуа пользовался возможностью сэкономить деньги, которые за нее обычно выплачивали цирюльнику. Итак, юный Андреас вскрывал трупы, внимательно изучая увиденное, а Дюбуа, стараясь держаться как можно дальше, цитировал Галена и тростью указывал студентам на различные органы.

Производя вскрытия, Везалий не мог не заметить некоторых противоречий. Он видел, например, что нижняя челюсть состояла только из одной кости, и в то же время слышал голос своего профессора, читавшего Галена, который указывал, что нижняя челюсть состоит из двух частей. Юноша, по-видимому, превосходно разбирался в людях, и поэтому не задавал нескромных вопросов. Это дало ему возможность успешно окончить университет и получить блестящие оценки как за признанную всеми ученость, так и за менее известную способность держать свои сомнения при себе.

В 1537 году Везалий прибыл в Падуанский университет. К этому времени университет уже имел прекрасную репутацию, привлекавшую к нему студентов со всех концов Европы. Однако Везалий прибыл туда не в качестве студента. Еще не достигнув и двадцати трех лет, он получил пост профессора хирургии и анатомии, что свидетельствовало о признании его выдающихся способностей.

Независимо от своих внутренних убеждений, внешне Везалий по-прежнему казался верным сторонником Галена. Однако он, разумеется, не забывал о тех очевидных противоречиях, с которыми ему пришлось столкнуться во время вскрытий. Поэтому в Падуе, пользуясь предоставившейся ему возможностью, Везалий приступил к тщательным научным исследованиям. Сравнивая различные труды Галена по анатомии со своими кропотливыми наблюдениями, он установил, что в книгах знаменитого эскулапа содержится масса ошибок.

Учение, вот уже свыше 1300 лет, казалось бы, дававшее идеальное описание анатомии человека, возведенное церковью в догму, учение, которое более трехсот лет преподавали в Падуанском университете, оказалось ложным! Гален действительно нарисовал правдивую картину анатомии, но анатомии животных — свиней, обезьян или коз, а не человека. Везалий понял, что изучение анатомии предстояло начинать заново, и он приступил к работе, позаботившись о том, чтобы на этот раз исследования проводились на человеческих трупах, а не на животных. Задача, которую он поставил перед собой, требовала не только большой смелости духа, но и отважных поступков. Попытка молодого человека, еще не достигшего и тридцатилетнего возраста, исправить ошибки, которые свыше тысячи лет принимались за непреложную истину, выглядела чрезвычайно дерзкой.

Везалий начал с самых азов, как будто бы галеновской анатомии не существовало и в помине. Он вскрывал трупы, экспериментировал, наблюдал и все увиденное описывал с исключительной тщательностью и в мельчайших деталях. При этом он не нападал на Галена — просто он намеревался создать науку о человеческой анатомии, основанную на наблюдениях над человеком.

Рисунки к работе Везалия выполнил его земляк, немецкий художник Иоганн Стефан фон Калькар. Вполне возможно, что на Калькара в известной мере повлияли сделанные ранее рисунки Леонардо да Винчи. Что же касается анатомических исследований самого Везалия, то они, бесспорно, были самостоятельными, хотя Андреас, по всей вероятности, знал о достижениях да Винчи.

Для того чтобы успешно справиться с поставленной задачей, Везалию предстояло проделать огромную чисто физическую работу. Кроме того, ему постоянно требовались трупы для вскрытий, а в те времена это было очень нелегким делом. Везалий давал взятки кладбищенским сторожам, покупал трупы казненных преступников и, по слухам, прибегал даже к похищению трупов из могил.

Гигантский труд был завершен в 1542 году. Везалию исполнилось тогда всего 27 лет. В следующем, 1643 году результаты его работы были опубликованы в книге под названием «Di Humani Corporis Fabrica». По редкостному совпадению галеновская анатомия была повержена почти одновременно с учением Аристотеля о Вселенной. Польский астроном Николай Коперник доказал, что Земля — не центр мироздания, как утверждал Аристотель, а всего лишь одна из планет, вращающихся вокруг Солнца.

Итак, два классических учения, примерно в одно и то же время ставшие христианскими догмами, пали одно за другим, хотя потребовалась еще много лет, прежде чем человечество отмело их окончательно и бесповоротно.

Эпохальный труд Везалия— 663 страницы текста и свыше 300 гравюр — первое в истории истинно научное исследование по анатомии человека. Везалий разработал методы, которыми анатомы пользуются до сих пор. Правда, в книге изредка встречаются ошибки, но они в основном были вызваны отсутствием у Везалия нужного научного инструментария. Впрочем, эти ошибки — сущий пустяк по сравнению с огромными достоинствами книги в целом, книги, которая открыла путь к современным исследованиям кровообращения.

Впервые человек был вооружен подлинно научными сведениями и основными методическими приемами, что дало ему возможность тщательно изучить систему кровообращения. В своем труде Везалий дал описание строения человеческого сердца, расположения вен и весьма недвусмысленно заявил, что ему не приходилось видеть никаких пор в перегородке, разделяющей желудочки. Ошибочное положение Галена, будто бы кровь поступает из правой половины сердца в левую через невидимые поры в этой перегородке, крайне затрудняло понимание истинного характера кровообращения. И хотя Везалий, верный себе, не проронил ни одного критического замечания непосредственно в адрес Галена, его наблюдения говорили сами за себя.

«Я ни разу не видел, — утверждал он, — чтобы хотя бы одна капля крови попадала из правого желудочка в левый через перегородку».

Книга Везалия произвела подлинную сенсацию. Мысль о том, что двадцативосьмилетний юнец, каким бы умным он ни был, осмелился выступить против величайшего авторитета древности, не давала покоя приверженцам Галена. Более того, этот выскочка без труда мог доказать справедливость своих анатомических концепций, и любой человек, повторив эксперименты Везалия, удостоверился бы в этом. Для врачей, преподавателей, правящей верхушки, для всех тех, кто был предан Галену, это был жесточайший удар. Поэтому они принялись начисто отрицать все утверждения Везалия. Даже Жак Дюбуа, наставник Везалия в Парижском университете, человек, позволивший ему произвести первое самостоятельное вскрытие, безжалостно напал на своего бывшего ученика.

Сам того не ожидая, Везалий оказался в центре яростной бури. Вместо дифирамбов бесценному вкладу, который он внес в сокровищницу человеческих знаний, на него обрушились проклятия врагов! Через три года после выхода книги в свет атмосфера в Падуе настолько накалилась, что Везалий вынужден был уехать в Испанию, где стал лечащим врачом королевской семьи. При испанском дворе Везалий пробыл до 1563 года, после чего, гонимый горестями, обвинениями и всеобщей враждой, отправился паломником в Святую Землю.

Ходили слухи, будто бы он покинул Испанию из-за того, что совершил вскрытие живой женщины. Как утверждает молва, однажды, едва Везалий сделал надрез на животе одного из трупов, как «труп» с визгом подскочил на столе. Подобные клеветнические измышления в адрес ученого были весьма широко распространены. Вспомним, что такие же россказни противники вскрытий ранее распространяли о Герофиле и Эразистрате.

Помимо всего прочего на Везалия со всех сторон сыпались обвинения в ереси. Можно почти с уверенностью утверждать, что его паломничество в Святую Землю было предпринято «во искупление грехов» и с целью избежать привлечения к суду инквизиции. Везалий посетил Иерусалим, побывал на горе Синай и в других святых местах, а затем, получив отпущение грехов, поехал назад. Увы, поездка эта кончилась трагически.

Во время страшной бури корабль, на котором плыл Везалий, погиб, а сам он был выброшен на островок Занте в Ионическом море. Там, измученный болезнями и нуждой, отец современной анатомии скончался.

Смерть Везалия была трагичной, но причиной ее послужил все-таки нелепый случай. Судьба же Мигеля Сервета, современника Везалия, оказалась гораздо страшнее.

Сервет родился в Виллануэва в 1509 году. По натуре он был более пылким и не столь осторожным, как Везалий. Гордый, упрямый и энергичный испанец, он готовился стать священнослужителем, но вскоре обратился к медицине, ибо она предоставляла ему большие возможности для исследований и проверки господствовавших догм.

Тот факт, что Сервет был одновременно знатоком богословия и врачом, во многом объясняет его трагическую гибель. Сервет начал заниматься медициной в Лионе, а затем переехал в Париж. В Парижском университете он изучал анатомию под руководством того самого Жака Дюбуа, который был учителем Везалия. Совпадения этим не ограничились — подобно Везалию, Сервет производил вскрытия трупов, в то время как Дюбуа, цитируя выдержки из работ Галена, тростью показывал студентам различные органы.

По окончании университета Сервет остался во Франции и занялся медицинской практикой, одновременно продолжая анатомические исследования и теологические изыскания. Плодом этих трудов явилась книга под названием «Christianismi Restitute», опубликованная в 1546 году. В этой книге, в числе прочего, Сервет отвергал положение Галена о том, что кровь течет сквозь поры в перегородке между желудочками.

Как мы помним, Везалий ограничился заявлением, что не видит никаких пор в перегородке и поэтому не понимает, каким образом кровь может поступать сквозь нее. Сервет же показал, что поступление крови через перегородку не имеет места. Более того, он в общих чертах описал, что же происходит в действительности. Его оказавшаяся справедливой гипотеза о кровообращении в легких напоминала теории, выдвинутые ранее александрийцем Эразистратом и арабом Ибн-ан-Нафисом.

Прежде всего Сервет отметил, что по легочным артериям в легкие поступает больше крови, чем необходимо для их питания. Это натолкнуло его на гениальную догадку: в легкие притекает так много крови потому, что там она подвергается аэрации. Такая аэрированная кровь возвращается по легочным венам в сердце, а оттуда растекается по всему организму.

«Связь между правым и левым желудочками, — писал Сервет, — осуществляется не через перегородку между ними, как принято считать, а удивительным путем, по которому темная кровь по длинному сосуду поступает из правого желудочка в легкие. Там она становится более жидкой, приобретает ярко-красный цвет и переходит из веноподобной артерии (arteria vetiosa — артерия, несущая венозную кровь) в артериоподобную вену (vena агteriosa — вена, несущая артериальную кровь), по которой и попадает в левый желудочек в момент диастолы (т.е. при расслаблении сердечной мышцы)».

Сервет никогда не останавливался на полпути. Его книга, которая нанесла удар по медицинским догмам Галена, содержала также ряд теологических положений, расходившихся с ортодоксальными. Он, например, высказывал некоторые унитарианские положения, считавшиеся еретическим выпадом против догмы о Троице.

Едва книга Сервета была опубликована в Париже, как она вызвала такую бурю возмущения, что автору пришлась бежать, дабы спасти свою жизнь. Стремясь в Италию, где он рассчитывал найти убежище, Сервет совершил роковую ошибку: он заехал в Женеву — оплот протестантского вождя Жана Кальвина.

Кальвин, который пытался реформировать христианство и возвратить его к первоначальному аскетизму, соперничал с инквизицией в стойкой защите того, что, по его мнению, было единственно верным. Неудивительно, что не успел злополучный Сервет переступить порог кальвинистской цитадели, как его схватили, обвинили в ереси и предали суду.

С самого начала суда и до его неумолимого конца исход дела был предрешен.

«Мы повелеваем, чтобы ты, Мигель Сервет, связанным был доставлен на место, именуемое Шампель, привязан там к столбу и сожжен заживо. Вместе с тобой обратится во прах твоя еретическая книга как в рукописном, так и в напечатанном виде. И да окончатся так дни твои, и да послужит судьба твоя примером другим, которые могут возжелать совершить подобное».

27 октября 1553 года в Женеве приговор был приведен в исполнение. Сервет и все экземпляры его книги, кроме трех, были преданы огню.

Эффект, произведенный книгой Сервета на современников, сейчас определить затруднительно, так как почти все ее экземпляры были поспешно уничтожены. Несомненно, однако, что некоторые современники и преемники Сервета знали о его работе, обсуждали ее, взвешивали ее достоинства, а наиболее смелые пользовались ее положениями в своих собственных исследованиях.

Несмотря на цепкое сопротивление прошлого, человек и та эпоха, в которой он жил, неумолимо стремились вперед. Каждая новая фаза в жизни человека подготавливала условия для очередного продвижения. Например, бурное развитие торговли стимулировало развитие астрономии. Это объясняется очень просто: развитие судоходства, связанного с торговлей, потребовало совершенствования навигационной науки, что в свою очередь было немыслимо без астрономии.

Аналогичную картину можно было наблюдать буквально во всех сферах человеческой деятельности. В Голландии, например, благодаря экономическому процветанию страны стало бурно развиваться производство очков, которое неминуемо должно было привести к появлению телескопа. Как утверждают, изобретению телескопа помог случай: какой-то мальчик, находясь в оптической мастерской некоего Липпершея, взглянул через одну линзу на другую и увидел отдаленные предметы в увеличенном виде.

Благодаря появлению телескопа удалось доказать, что Земля является лишь небольшой планетой солнечной системы, вращающейся вокруг Солнца. Но Галилео Галилей под страхом смерти вынужден был публично отречься от своих открытий. Одинокий 69-летний старик, стоя на коленях перед десятью кардиналами, облаченными в парадные красные мантии, объявил, что сведения, полученные с помощью телескопа, и его, Галилея, умозаключения ложны.

Итак, на короткое время вновь восторжествовала догма Аристотеля. Однако если Галилей отрекся от своих убеждений, то Джордано Бруно, осужденный римской инквизицией за аналогичную ересь, решительно отстаивал свободу мысли и право человека делать собственные выводы на основании имеющихся в его распоряжении фактов. В 1600 году он был сожжен.




© Авторы и рецензенты: редакционный коллектив оздоровительного портала "На здоровье!". Все права защищены.


 
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение
 

nazdor.ru
На здоровье!
Беременность | Лечение | Энциклопедия | Статьи | Врачи и клиники | Сообщество


О проектеКарта сайта β На здоровье! © 2008—2015
nazdor.ru, nazdor.com
Контакты Наш устав

Рекомендации и мнения, опубликованные на сайте, являются справочными или популярными и предоставляются широкому кругу читателей для обсуждения. Указанная информация не заменяет квалифицированную медицинскую помощь, основанную на истории болезни и результатах диагностики. Обязательно проконсультируйтесь с врачом.

Размещенные на сайте информационные материалы, включая статьи, могут содержать информацию, предназначенную для пользователей старше 18 лет согласно Федеральному закону №436-ФЗ от 29.12.2010 года "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию".