Пользовательский поиск

АО «Издательские работы»

Этот цикл статей включает в себя три истории Билла, одного из основателей Анонимных Алкоголиков, которые он рассказал во время празднования двадцатилетнего юбилея АА. Первая — это рассказ о людях и потоках воздействия, которые сделали возможным Выздоровление АА. Вторая рассказывает об опыте, на основе которого создавались традиции Сообщества анонимных алкоголиков, традиции, которые сегодня объединили АА. Третья история расскажет, как Сообщество анонимных алкоголиков развивало Служение, целью которого было донести послание Анонимных Алкоголиков до самых отдаленных уголков на земном шаре.

Предыдущая статья: Фонд алкоголиков

Вскоре после этого в дело вступил один из самых энергичных и пробивных людей, которых я когда-либо встречал в своей жизни. Это был мой друг Генри П., который одно время занимал руководящую должность в компании «Стэндард Ойл», и первый алкоголик в нью-йоркской группе, которому удалось бросить пить, по крайней мере, на какое-то время. Он был протеже д-ра Силкуорта и часто посещал больницу Чарлза Таунса. К этому моменту он не пил около двух лет. Генри был рыжеволос, ежеминутно выдавал новые идеи и фонтанировал безудержной энергией. Он не входил в число попечителей Совета, и формально его мнение не имело никакого значения, но это было неважно. Он был энергичным торговцем и в своей жизни продал немало товаров. Он сказал:

Продолжение ниже

Как вылечить симптомы алкоголизма в домашних условиях

... задают другим, когда они пытаются бросить пить , как вылечить симптомы алкоголизма в домашних условиях. Ответ на этот вопрос довольно простой.... ... т.к. Вы бросаете пить, Вам следует обратиться за медицинской помощью, а не лечить алкоголизм в домашних условиях. Содержание статьи: Нужно ...

Читать дальше...

всё на эту тему


«Послушай, Билл, зачем нам дальше иметь дело с этими попечителями и этим Фондом? Эти парни не собрали ни цента и не собираются этого делать. Почему бы нам не поставить это дело с будущей книгой на деловую основу и не создать акционерное общество? Давай продадим акции нашим собственным товарищам в Нью-Йорке. Если мы сумеем их убедить, я гарантирую, что они захотят дать нам деньги».

Когда-то я работал на Уолл-Стрит, и эта идея уже приходила мне в голову, но замыслы Генри были гораздо масштабнее, и он излучал уверенность. Наше товарищество организует собственное издательство и, может быть, мы распрощаемся с Фондом. Я сказал ему, что попечители никогда не согласятся с этим планом, и мне не хотелось бы обижать их. Но Генри был гораздо более толстокожим человеком, чем я. Он был неумолим. Он сказал, что это просто необходимо сделать, и, в конце концов, я согласился.

Все еще сильно тревожась о судьбе этого предприятия, я вернулся к Джину Эксману и честно рассказал ему о том, что мы собираемся сделать. К моему крайнему изумлению, он согласился, абсолютно в ущерб собственным интересам, что такому обществу, как наше, необходимо самому издавать собственную литературу и самим контролировать этот процесс. Более того, он полагал, что у нас есть хорошие шансы преуспеть. Хотя мнение Джина не имело большого значения для попечителей, все же мы с Генри почувствовали поддержку, в которой так нуждались.

Генри не терял времени и немедленно принялся обрабатывать членов нашей нью-йоркской группы. Он отлавливал их по одному и убеждал, подавлял, гипнотизировал. Я шел по его следам, стараясь сгладить раздражение и развеять некоторые подозрения относительно мотивов наших действий. После двух недель этой энергичной пропаганды члены восточного отделения нашего товарищества без особого энтузиазма дали свое согласие. Д-р Боб испытывал сомнения, но тоже согласился. Он считал, что на данном этапе неразумно было бы выносить этот вопрос на рассмотрение наших акронских товарищей. Он полагал, что такая пропаганда могла быть отчасти оправдана в Нью-Йорке, но немногие акронцы сумеют это понять. Он также считал, что следует озвучить эту идею перед Попечительским советом. Нам ни в коем случае не следовало их игнорировать.

Тем временем мы с Генри продолжали совершенствовать наш план. Нужен был убедительный проспект об организации акционерного общества, чтобы заставить алкоголиков отдать свои деньги в обмен на акции компании, которая еще не выпустила ни одной книги. Но чем больше мы изучали ситуацию, тем лучше выглядело это предложение. Мы пошли к Эдварду Блэквеллу, президенту «Корнуолл Пресс», одной из крупнейших топографий в США. Там мы выяснили, что стоимость печати книги среднего размера составляет всего около десяти процентов ее розничной стоимости. Затраты на печатание книги объемом 400 страниц будут меньше одного доллара. Если продажная цена нашей новой книги будет 3,5 доллара, как планировали мы с Генри, то мы получим значительную чистую прибыль. Не надо будет платать комиссию книжным магазинам, оплачивать рекламу, нести убытки, какие обычно принимают на себя издатели, если книги не продаются. Разумеется, наша книга обязательно будет хорошо продаваться, и мы обязательно получим большую прибыль. Все это выглядело слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Я выложил всю эту информацию на следующем заседании Попечительского совета. Я предполагал, что реакция будет негативной, и именно так и случилось. Было чрезвычайно трудно выразить решительное несогласие с нашими замечательными друзьями. В очередной раз мы не достигли согласия, и встреча попечителей была перенесена. Я знал, что нам необходимо довести это дело до конца, невзирая на все возражения. Ситуация была угнетающей.

Однако Генри не был подавлен. Он сидел ночами, работая над рекламным проспектом. Основные аргументы были следующие: у Харпера сказали, что это будет хорошая книга, и даже если мы заплатам нашим группам и посторонним книжным торговцам по доллару за экземпляр за распространение книг, все равно мы получаем огромную чистую прибыль. Книгу можно напечатать за очень малые деньги и продавать по 2,5 доллара оптом или по 3,5 доллара в розницу, а когда появятся рецензии на книгу и прочая реклама, мы уверены, что книги будут продаваться вагонами.

В проспекте предлагалось учредить компанию с номинальной ценой акций 25 долларов. Нью-йоркские алкоголики и их друзья могли бы купить треть этих акций за наличные. Остальные две трети будут распределены между Генри и мной за проделанную нами работу. Чтобы успокоить попечителей, было решено, что причитающийся мне авторский гонорар можно будет направить в Фонд алкоголиков. Генри приложил к проспекту диаграмму, иллюстрирующую ожидаемый доход с продаж ста тысяч, пятисот тысяч и даже миллиона экземпляров книг! Я сейчас уже точно не помню всех его надежд, но они были фантастическими. Я не совсем разделял подобный оптимизм, но был уверен, что доходы от книги дадут возможность некоторым из нас полностью посвятить все свое время этой работе и организовать Генеральную штаб-квартиру для нашего сообщества. Получится это или нет, я был, тем не менее, убежден, что наше товарищество должно само владеть правами и контролировать издание своей литературы.

Нашему предприятию все еще не хватало двух важнейших вещей. Оно не было зарегистрировано в качестве юридического лица, и у него не было названия. Генри позаботился об этом. Поскольку будущая книга должна была стать первой в длинном ряду последующих изданий, он считал, что наше издательство следует назвать АО «Издательские работы». Меня это устраивало, но я возразил, что пока мы не зарегистрированы, мы не можем размещать акции, а на регистрацию необходимы деньги. На следующий день я обнаружил, что Генри купил в соседнем магазине канцтоваров пачку бланков акций и в верхней части каждого из них напечатал:

«АО Издательские работы», номинальная стоимость $25».

В нижней части каждого бланка стояла подпись:

«Генри П., президент».

Когда я стал возражать против этих нарушений, Генри сказал, что нам нельзя терять время, и не стоит беспокоиться по пустякам.

Так было запущено это великое предприятие. Оставалось посмотреть что из этого выйдет. Генри знал все уловки, к которым прибегают успешные торговцы, и немедленно приступил к действию. Он вихрем носился среди нью-йоркских алкоголиков и их друзей, предлагая им купить акции блестящего нового предприятия. Поскольку я тоже кое-что понимал в таких вещах, я последовал его примеру.

Ну, что вам сказать — мы не продали ни одной из предложенных 600 акций «Издательских работ», несмотря на наши уверения в их дешевизне. Нью-йоркские алкоголики говорили:

«Ну, вы, ребята, и нахалы. Почему вы думаете, что мы будем покупать акции под еще не написанную книгу?»

Однако Генри это не обескуражило. Он все еще был полон идей.

«Билл, — сказал он, — мы с тобой знаем, что эта книга будет хорошо продаваться. И редактор у Харпера того же мнения. А эти нью-йоркские пьяницы не верят в это. Некоторые считают это шуткой, а остальные пускаются в возвышенные рассуждения о смешении духовных занятий с деньгами и рекламой. Но если они действительно поверят в то, что книга будет хорошо продаваться, они быстро раскупят все акции. Так почему бы нам не встретиться с сотрудниками «Ридерс Дайджест» и узнать, не напечатают ли они заметку о нашем товариществе и этой книге? Если «Дайджест» поместит о нас статью, мы будем продавать эти книги вагонами. Это каждому ясно, даже этим пьяницам-скупердяям. Так чего же мы ждем? Поехали!»

Двумя днями позже мы сидели в Плезантвилле, в нью-йоркском офисе м-ра Кеннета Пэйна, который тогда был главным редактором журнала «Дайджест». Мы нарисовали радужную картину нашего товарищества и будущей книги. Мы упомянули о большом интересе со стороны м-ра Рокфеллера и некоторых его друзей. М-р Пэйн был заинтересован. Вскоре он сказал:

«Я почти уверен, что «Дайджест» захочет рассказать об этой истории, хотя, разумеется, мне надо посоветоваться с другими редакторами. Лично я думаю, что это как раз такая история, какую мы ждем. Когда следующей весной ваша книга будет готова, дайте мне знать — я думаю, мы сможем отрядить какого-нибудь журналиста. Это будет очень занимательная история. Но, разумеется, сначала мне надо посоветоваться с коллегами, вы ведь понимаете?»

Мы с Генри схватили свои шляпы и поспешили в Нью-Йорк. Теперь у нас было настоящее средство для атаки. В этот же вечер мы начали новую агитацию, и те, кто раньше сомневался, начали подписываться на акции. Почти все они в то время были разорены, поэтому мы попытались упростить процедуру. Они могли купить свои акции в рассрочку, ежемесячно выплачивая по пять долларов за акцию в течение пяти месяцев. Многие могли позволить себе только одну акцию. Когда попечителей ввели в курс дела, они проявили лояльность и тоже внесли свою лепту. У некоторых анонимных алкоголиков были друзья, которые также подписались на небольшое количество акций. Некоторые из моих старых приятелей с Уолл-Стрит также потратили на это немного денег. Протянули руку помощи и такие люди, как д-р Силкуорт. Вскоре нам удалось распространить 200 акций на сумму 5 тысяч долларов, и понемногу начали поступать живые деньги. Однако этот коммерческий проект все еще не слишком воодушевлял наших подписчиков, но после наших заверений о том, что в один прекрасный день они смогут вернуть свои деньги, они начали по-настоящему поддерживать эту затею.

У Генри был офис на Уильям-стрит, 17 в Ньюарке (штат Нью-Джерси), который служил штаб-квартирой для его собственного бизнеса, быстро приходящего в упадок. У него также была секретарша по имени Рут Хок, которая стала одним из настоящих пионеров движения АА. Остальные материальные активы состояли из громоздкого стола и некоторого количества плюшевой мягкой мебели.

Каждое утро я отправлялся из Бруклина в Ньюарк, где, расхаживая взад и вперед по офису, диктовал наброски глав будущей книги. Поскольку нам никак не удавалось составить точный план будущей публикации, я работал на основании составленного впопыхах списка черновых заголовков глав. Неделю за неделей Генри объезжал наших подписчиков, понуждая их выплачивать взносы за акции. Кроме этого финансового ручейка, нам удалось получить 2,5 тыс. долларов от м-ра Чарлза Б. Таунса. Большую часть этих средств пришлось использовать на содержание офиса и еду для Генри, Рут, Лоис и меня, и так продолжалось до апреля 1939 г., когда подошел срок публикации книги «Анонимные Алкоголики».

По мере того, как главы книги медленно приобретали общие очертания, я зачитывал их перед нью-йоркской группой на еженедельных собраниях в нашем помещении на Клинтон-стрит, а копии отправлял для проверки и замечаний д-ру Бобу в Акрон, откуда мы не получали ничего, кроме самой теплой поддержки. Однако на встречах в Нью-Йорке текст глав подвергался очень жесткой критике. Мне приходилось диктовать заново, и Рут перепечатывала их снова и снова. Несмотря на жаркие споры, критика нью-йоркских товарищей очень помогла мне, а их доверие и энтузиазм в какой-то степени укрепились.

Так продолжалась эта работа, пока мы не добрались до знаменитой пятой главы. К этому времени я закончил рассказывать собственную историю и написал черновики еще трех глав, которые назывались «Решение существует», «Более подробные сведения об алкоголизме» и «Мы, агностики». Теперь нам стало ясно, что у нас накоплен достаточный опыт и много материалов, позволяющих показать себя в наилучшем свете, и что настало время рассказать о том, как реально работает наша программа излечения от алкоголизма, именно сейчас надо было определить центральный стержень книги.

Эта проблема постоянно изводила меня. До этого я никогда ничего не писал, так же как ни один из членов нашей нью-йоркской группы. По мнению нескольких наших акционеров, работа над книгой продвигалась слишком медленно, и они начали уклоняться от выплаты взносов. Шумные споры по поводу уже законченных четырех глав были просто невыносимы. Я был совершенно измучен. Мне неоднократно хотелось вышвырнуть эту книгу в окно.

Я пребывал в этом состоянии, которое трудно назвать духовно возвышенным. Я был раздражен и совершенно измотан. Я лежал в кровати в доме на Клинтон-стрит, 182, с карандашом в руке и блокнотом на коленях. Я не мог сосредоточиться на работе, не говоря уже о том, чтобы отдаться ей всем сердцем. Но это была работа, которую необходимо было выполнить. Постепенно мне удалось сфокусировать свои мысли.

С того времени, как Эбби навестил меня осенью 1934 года, мы постепенно выработали то, что называли нашей «устной программой». Большинство основополагающих идей пришли к нам от оксфордских групп, Уильяма Джеймса и д-ра Силкуорта. Хотя порой и имели место заметные вариации, но, в конечном итоге, все сводилось к довольно последовательной процедуре, состоявшей из шести шагов. Приблизительно их можно было описать следующим образом:

  1. Мы признали себя побежденными, бессильными справиться с алкоголем
  2. Мы составили список наших моральных недостатков или грехов.
  3. Мы доверительно признались в своих недостатках другому человеку.
  4. Мы возмещали ущерб всем, кто пострадал от нашего пьянства
  5. Мы старались помочь другим алкоголикам, не думая о вознаграждении в виде денег или славы.
  6. Мы молились всем Богу, каким бы Он ни был в нашем представлении, чтобы Он дал нам силы выполнять эти заповеди.

Вот основное содержание того, что к осени 1938 года мы говорили каждому, впервые пришедшему к нам. Мы полностью отвергли некоторые другие идеи и подходы оксфордских групп, включая те, которые могли вовлечь нас в теологические споры. Точки зрения групп на востоке и среднем западе все еще существенно различались по некоторым важным вопросам. Там наши люди оставались активными. 

Следующая статья: Первая редакция «Двенадцати шагов АА»




© Авторы и рецензенты: редакционный коллектив оздоровительного портала "На здоровье!". Все права защищены.


 
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение
 

nazdor.ru
На здоровье!
Беременность | Лечение | Энциклопедия | Статьи | Врачи и клиники | Сообщество


О проектеКарта сайта β На здоровье! © 2008—2015
nazdor.ru, nazdor.com
Контакты Наш устав

Рекомендации и мнения, опубликованные на сайте, являются справочными или популярными и предоставляются широкому кругу читателей для обсуждения. Указанная информация не заменяет квалифицированную медицинскую помощь, основанную на истории болезни и результатах диагностики. Обязательно проконсультируйтесь с врачом.

Размещенные на сайте информационные материалы, включая статьи, могут содержать информацию, предназначенную для пользователей старше 18 лет согласно Федеральному закону №436-ФЗ от 29.12.2010 года "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию".