Пользовательский поиск

Лыжи - моя стихия

Прокладывать первую лыжню мне приходится вдвоем с Юлей. Сережка наелся снегу, схватил ангину и валяется в постели. Аннушка не хочет оставлять сына одного дома. Вот мы и отправляемся на открытие лыжного сезона поло­винным составом семьи.

Продолжение ниже

Горы, здоровье, работоспособность

... климат и особенно физические нагрузки в горах переносились ... ... тяжелым последствиям. Горы и здоровье В конце XIX и начале ... ... пневмония степени существенным образом не влияет на результаты ... ... Горные виды спорта - горные лыжи, туризм и альпинизм, их ... ... никогда за всю альпинистскую жизнь не был так близок к концу» ...

Читать дальше...

всё на эту тему


В начале дистанции все идет как нельзя лучше. Юля тщательно перебирает ногами, ей очень нравятся жесткие крепления - еще бы. Совсем, как у взрослой. По ровной, хорошо укатанной лыжне идти легко, и мы не замечаем ни времени, ни расстояния.

Я с удовольствием посматриваю на дочку: щечки рас­краснелись, из-под шапочки выбился мокрый хвостик тем­ных волос, ресницы стали белыми и длинными-предлинными. Никогда не думал, что у меня такая симпатичная доч­ка. Вот черт возьми! Пройдет еще каких-нибудь годика три-четыре, и такая девушка получится — смерть парням!

Неожиданно снегурочка моя останавливается и пока­зывает палкой куда-то в сторону от лыжни.

— Пап, а пап! А там вон с горки катаются. Повернем туда?

— Ты не устала, Юленька?

— Нет! У меня только одна коленка немножко дры­гается, но это ничего — пройдет. Пойдем на горку?

— Под твою ответственность, дочка.

— Ладно! Под мою.

Мы сворачиваем с блестящей, плотной лыжни и мед­ленно бредем по пушистому снегу. Впереди крутой склон. С него то и дело скатываются разноцветные яркие фигур­ки, похожие издалека на лилипутиков.

По мере того как мы приближаемся к горе, происходит странная трансформация: лилипуты вырастают в нормальных людей, а гора делается все круче и круче. Когда мы приближаемся, нако­нец, к месту старта, окончательно выяс­няется, что дистанция эта далеко не шу­точная. На таком спуске есть о чем по­думать!

— Пап, а пап, мы сейчас поедем вниз? — спрашивает Юля. И я не улавливаю восторга в ее голосе.

Надо решать.

Педагогика и здравый смысл прихо­дят в суровое столкновение. Отступать от поставленной цели — непедагогично, ломать новые лыжи — жалко. К тому же и страшновато. Переступаю с лыжи на лыжу. Лихорадочно ищу приемлемый компромисс. И вдруг слышу:

— Скажите, дедушка, а лыжи вам не мешают? Тут
пешочком спокойней.

Оказывается, дедушка — это я. Ух ты, какая девица! Фигурка точеная. Глазищи — полтинники и ямочки на персиковых щеках...

Какой-то бес шепчет во мне с усмешкой. - Ты же был когда-то слаломистом, Володька. Покажи ей «дедушку».

— Постой здесь, Юленька,— говорю я каким-то не своим, придушенным голосом,— сейчас я проверю эту гор­ку и вернусь.

— Пап...

Но больше я уже ничего не слышу. Свистящая скорость, взрывающийся при каждом пово­роте лыж сухой, жгучий снег и горячая лихорадка азарта овладевают мной.

«Хорошо, Володька. Присядь пониже. Кренись влево. Еще, еще, еще. Вы­брось вперед правую лы­жу. Откинь палки назад. Поворот. Есть! Теперь притормаживай. Хорошо...»

Сердце бьется тяжелы­ми, сильными ударами. Спуск позади. Я задираю голову и вижу там, на самой вершине, малюсенькую темную фигурку — это Юля. Она машет мне лыжной палкой. Зовет. А рядом — опять:

— Молодец, дедушка. Вот не думала бы, что вы спо­собны на такие подвиги. Оказывается, лыжи — ваша стихия!..

На подъеме гора всегда кажется круче, чем на спуске. Я пыхчу, отдуваюсь и еле ползу. Кажется, что горе не бу­дет конца. Но вот уже можно различить полоски на Юлиных варежках, вот уже видны белые дочкины ресницы. Все! Вылез.

— Ой ты, папка! Как здорово. А страшно было?

— Немножко.

— А почему она тебя дедушкой назвала?

— Кто?

— Ну та, на индюшку похожая.

— А я и не расслышал, дочка.

— Ты у нас молодец, папка. Даже никогда не думала!

— Лыжи, Юленька, — моя стихия! Пошли. А то ты у меня совсем замерзнешь.

Мы долго пересекаем лес. Начинает темнеть. Юля му­жественно старается идти со мной в ногу. Кажется, мы пе­рестарались и забрели слишком далеко. Но выбора нет — хочешь не хочешь, а до станции дотащиться надо. Где-то, в синеющей дали, зажигаются первые огоньки. Где-то на шоссе сигналит машина. Юля сопит, но не жалуется.

Я стараюсь идти ровным неспешным шагом. Добрые мысли поселяются в голове.

«Не надо сдаваться усталости. Разве ж можно измерять жизнь прошедшими годами? В милиции, конечно, паспорт под настроение не переправят, а для себя — каких же мне сорок, когда настроение такое, будто вчера выпустили из института! Женька теоретизирует по поводу активного от­дыха, а все ведь совсем просто: не живи в одном ритме. Переключайся! И тогда кровь никогда ни за что не скиснет...»

— Пап, а пап, скоро конец? У меня коленки прямо жут­ко как дрыгают.

— Скоро, дочка. Минут десять еще. Выдержишь или взять на буксир?

— Я сама дойду, только ты иди лучше рядом и расска­зывай про что-нибудь. Интересное рассказывай.

— Ладно.

Пристроившись к Юле сбоку, я иду, не сбавляя темпа, и рассказываю ей о замечательном парне Витьке Трофимо­ве. Это был удивительный человек. На Карельском фронте он уходил в тыл врага, обнаруживал себя и вызывал пого­ню. В надежде захватить языка финны не спешили откры­вать огонь, прирожденные лыжники, они гнались за Тро­фимовым по пятам, а он, как лиса, петлял и петлял до тех пор, пока не выводил преследователей на наши секреты. И тут уж языком оказывался не Витька, а его противники.

— Он был герой, папа?

— Конечно, герой, Юленька.

— Нет, он был Герой Советского Союза?

— Почему ты решила, дочка?

— А разве так каждый сможет?

— Он был обыкновенный герой. Под конец войны его наградили орденом Славы третьей степени.

— Это тоже хорошо?

— Еще бы!..

Так с разговорами мы незаметно добираемся до стан­ции. На заснеженном перроне горланят какую-то бессмыс­ленную песню два пьяных. Юля с опаской прижимается ко мне и шепотом спрашивает:

— А почему они такие пьяные, папка?

Жить не умеют, не знают, на что силы тратят, вот и пьют.

— Лыжи не их стихия?

— Нет, дочка.

В вагоне Юля немедленно засыпает, да и я, разморен­ный теплом, клюю потихонечку носом.

Дома, скидывая с натруженных ног тяжелые ботинки, стаскивая просолившийся на спине лыжный свитер, ду­маю, как всегда при возвращении: «Хорошо жить на свете!»


© Авторы и рецензенты: редакционный коллектив оздоровительного портала "На здоровье!". Все права защищены.


Мне нравится0
Александр Кузнецов
Лыжи - вид спорта комплексно воздействующий на весь организм. тут и силовая составляющая и тренировка выносливости. Недаром же скандинавы придумали и летнюю ходьбу с лыжными палками!
Имя Цитировать Мне нравится0
 
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение
 

nazdor.ru
На здоровье!
Беременность | Лечение | Энциклопедия | Статьи | Врачи и клиники | Сообщество


О проектеКарта сайта β На здоровье! © 2008—2015
nazdor.ru, nazdor.com
Контакты Наш устав

Рекомендации и мнения, опубликованные на сайте, являются справочными или популярными и предоставляются широкому кругу читателей для обсуждения. Указанная информация не заменяет квалифицированную медицинскую помощь, основанную на истории болезни и результатах диагностики. Обязательно проконсультируйтесь с врачом.

Размещенные на сайте информационные материалы, включая статьи, могут содержать информацию, предназначенную для пользователей старше 18 лет согласно Федеральному закону №436-ФЗ от 29.12.2010 года "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию".