Пользовательский поиск

Телесно-эмоциональное освобождение и психология

В этом цикле статей мы расскажем об открытии новой системы в человеческом теле — о том, как она была обнаружена, к чему это привело и что это означает лично для вас. Впервые открытая система была названа краниосакральной. Данное открытие даст возможность любому человеку улучшить качество жизни, независимо от того, на каком уровне сейчас функционирует его организм. Использование методов краниосакральной терапии или более усовершенст­вованной техники телесно-эмоционального освобождения предлагает новые возможности как при лечении болезней, так и для укрепления здоровья человека.

Предыдущая статья: Мозг говорит

Я попросил доктора клинической психологии с опытом работы в психотерапии и гипнотерапии более 20 лет прокомментировать эффективность телесно-эмоционального освобождения (ТЭО), проводимого терапевтами, необязательно имеющими знания в области психотерапии. Он знаком с процессом ТЭО и видел, как его использовали многие тера­певты, которых мы обучали основам КСТ, ТЭО и мануальной работе, у которых не было (или была минимальной) офи­циальной подготовки в области психологии. Он видел, как с помощью мануальной работы, сопровождаемой лишь нес­колькими словами поддержки и ободрения, произносимыми терапевтами, у пациента высвобождается эмоциональная энергия и энергия организма. Его комментарии я публикую ниже. К счастью, у меня есть разрешение на публикацию короткого пояснения, почему ТЭО не является психотера­пией, написанного британским остеопатом Джоном Пейд­жем. Его статья публикуется вслед за статьей доктора Боурна.

Продолжение ниже

Психология и телесно-эмоциональное освобождение

С удовольствием и некоторым трепетом я откликаюсь ... ... описать взаимоотношения между психотерапией и телесно-эмоциональным освобождением. Как клинический психолог я хорошо... ... болезней. Первый: возможно ли, что у человека из-за эмоциональных поводов происходят физические...

Читать дальше...

всё на эту тему


С удовольствием и некоторым трепетом я откликаюсь на просьбу Джона в нескольких словах описать взаимоотношения между психотерапией и телесно-эмоциональным освобожде­нием. Как клинический психолог я хорошо понимаю пре­ния, которые проходят между профессионалами относительно вопросов психотерапии и психоконсультации. Действительно, существует много различных профессий, имеющих отношение к умственной деятельности человека – психология, пси­хиатрия, социальная адаптация и консультирование, – пред­ставители которых провели сотни часов в спорах и исписали тысячи страниц, дискутируя между собой, когда речь идет о компетентности тех или иных профессионалов, устанавливая или снимая ограничения с той или иной профессии, имеющей дело с психикой. Кажется, многие из них хотели бы устано­вить и присвоить определенные академические степени и титулы в соответствии с предполагаемой компетенцией специалистов.

Ниже я хотел бы проанализировать вопросы совершенно другого рода; вопросы, которые, как я считаю, гораздо менее полемичны и на которые гораздо легче ответить и профессио­налам, и дилетантам. Первый вопрос, который я хотел бы рассмотреть, касается того факта, что (независимо от того, верите вы в это или нет) при любой достаточно серьезной болезни или физической травме всегда присутствует эмоцио­нальный компонент. Большинство людей поддержит меня, а это в свою очередь приводит к другому вопросу: важно ли признание, что этот компонент существует для процесса лечения и выздоровления? Ответом на этот вопрос почти всегда звучит «Да». Людям кажется довольно естественным, что для нашего здоровья и самочувствия эмоции играют важную роль.

Теперь, рискуя показаться педантом, я бы хотел задать два дополнительных вопроса. Вопросы такие же простые и прямые, влияющие на природу отношения человека к лечению болезней. Первый: возможно ли, что у человека из-за эмоциональных поводов происходят физические расстройства? И второй: можно ли эмоции освободить через тело? Когда я задаю эти два вопроса профессионалам и любителям, слышу утверждение: «Почему бы и нет? Разве можно думать по-другому?»

Идея, что мысли и эмоции влияют на наши тела, была частью культуры наших предков в течение сотен, если не тысяч лет. В современных средствах массовой информации можно встретить бессчетные ссылки на связь мышления и тела, на необходимость учитывать состояние всего организма и психических реакций, имея дело с травмами или заболеваниями.

Влияние наших мыслей и эмоций на организм довольно легко иллюстрируется двумя простыми примерами обычной человеческой реакции: лицо у человека краснеет, когда он смущен или пребывает в состоянии замешательства; он плачет, если видит душещипательную сцену или фильм. В подобном случае идея или мысль в течение нескольких секунд проходит сквозь сознание, а тело реагирует. В первом случае реакция выражается во временном приливе крови, возникшем из-за повышения давления к щекам и горлу. Во втором случае реакция заканчивается «извержением» слез и появлением характерного «комка» в горле. Подобные реакции – ответ на мысленный образ, явившийся результатом внутреннего процесса мышления, который затем выражается напрямую, в виде физиологических изменений в организме.

Давайте вернемся к дискуссии о телесно-эмоциональном освобождении и психотерапии. Психологическое консультирование и психотерапия – опробованные на практике способы помощи тем, в чьей жизни произошли эмоциональные или межличностные конфликты. Имеется, конечно, множество методик и «школ» психотерапии. Хотя, как большинство из вас знают, консультанты и психотерапевты любой теоретиче­ской ориентации прежде всего предлагают людям с проблемами поддержку помощь в адекватной самооценке и понимание. Эта помощь оказывается преимущественно в виде длинных бесед и диалогов, направленных на решение конкретных задач.

Я безоговорочно верю в силу слова, в наши возможности использовать слова и образы, чтобы облегчить тяжелые со­стояния – эмоциональные и образные. Я действительно верю в то, что слова – действенный терапевтический фактор. Как психолог, изначально знакомый с психотерапией и телесно-эмоциональным освобождением, я всецело поддерживаю использование воображения и диалога в терапевтической практике теми, кто занимается краниосакральной терапией. Поскольку, как мы отметили, слова и образы влияют на эмо­ции, эти способы, вместе взятые, являются великолепным средством для выражения тех эмоций, которые возникли после (перед) продолжительной физической травмы или болезни. Этим, друзья мои, объясняется успех воздействий телесно-эмоционального освобождения, терапевтического воображе­ния и диалогов, используемых в сеансах краниосакральной терапии.

Возможно, пара примеров, приведенных ниже, помогут продемонстрировать воздействие процесса ТЭО в том качестве, как его практикуют подготовленные Апледжером краниосакральные терапевты. Первый случай повествует о пятидесятилетней женщине, которая услышала об институте Апледжера и краниосакральной терапии на курсах поддержки людей, страдающих от сильных аллергических реакций.

Симптомы болезни этой пациентки были непостоянными и многочисленными. В отличие от других пациентов с аллер­гией, у которых часто можно выявить аллерген – в окружаю­щей среде (например, пыль и плесень) или среди пищевых продуктов (например, молочных или зерновых). Пациенты с РХЧ (разнообразной химической чувствительностью) очень бурно реагируют на все, к чему прикасаются, чем дышат или что едят, поэтому для них очень трудно выделить опре­деленные аллергены.

Так было и в ситуации с нашей пациенткой, болезнь кото­рой прогрессировала в течение последних трех лет. Она дейст­вительно дошла до предела, так как ей пришлось значительно ограничить повседневную деятельность, редко выходить из дома, переодеваться по три-четыре раза в день, чтобы сокра­тить возможность подвергнуться воздействию аллергена, и жить совершенно изолированной, неинтересной жизнью. Ее здоровье псе больше и больше разрушалось из-за очень строгой диеты, исключавшей большую часть продуктов; она находилась в состоянии постоянной депрессии; ее расстраивали любые пустяки. После шести сеансов краниосакральной терапии она стала чаще выходить из дома, поняла, что ее энергетический уровень повысился. Но она продолжала испытывать чувство депрессии и беспокоиться о том, что новый образ жизни может вызвать очередную аллергическую реакцию. Она боялась физических и эмоциональных нагрузок; у нее была определенная дезориентация, возникшая в результате РХЧ. Так как предугадать подобные реакции пациентка никогда не могла, то страдала бессонницей и бесконечно прислушивалась к своему состоянию и окружению, выискивая потенциальную угрозу, которую хотелось бы сдержать. Все это подстегивало состояние постоянного возбуждения, а это сильно мешало реализации главной цели: сокращения чувствительности к химическим веществам.

При проведении десятого лечебного сеанса во время ТЭО у пациентки возникло осознание этого хронического состояния физиологического возбуждения и психологического на­пряжения. Ей казалось, что совершенно необходимо поддерживать это почти бессонное состояние, так как это необходимо для ее здоровья – ведь ей всегда нужно находиться в состоянии постоянной готовности, чтобы защититься от потенциального аллергена. Но во время сеанса она вдруг поняла, что нуждается в этом постоянном напряжений и одновременно негодует на его присутствие. Когда ее попросили вообразить, как можно увеличить пользу для здоровья этого сверхнапряженного состояния, одновременно сведя к минимуму его негативное влияние, пациентка смогла представить себе, как ее мрачные предчувствия и напряжение превращаются и лечебную энергию. Она потом смогла направить ее из области груди, лица и горла к тем областям своего тела, которым было полезно лечение и дополнительная энергетическая поддержка. В течение нескольких недель она смогла направить эту лечебную энергию в свои легкие, глаза, кисти рук, желудок.

Направляя лечебную энергию к тем областям своего орга­низма, которые обычно реагировали на аллергены, она смогла сократить количество приступов аллергии, уменьшить их интенсивность. Сейчас она продолжает следить за окружением и исключает все химические вещества, на которые прежде реагировала. Но пациентка признала наличие эмоционального конфликта, который испытывала в отношении состояния воз­буждения, и теперь смогла контролировать это свое состояние. Та внутренняя сила, которую она испытала, когда получила новые силы, принесла значительное улучшение ее психического состояния и повысила качество всей ее жизни.

Второй случай, который я хочу описать, относится к трид­цатилетней женщине. Она работала медсестрой и параллельно училась в медицинской школе. Она получила закрытую травму черепа (был поврежден головной мозг): она столкнулась с автомобилем, когда ехала на велосипеде. Через девять месяцев после несчастного случая она прошла полную реабилитацион­ную программу в больнице своего города, а потом приехала в институт Апледжера.

На первом приеме у пациентки было определено состояние постоянной усталости, наблюдалась потеря памяти, заикание, не пропадало чувство депрессии и апатии – многочисленные, довольно типичные симптомы, испытываемые пациентами с закрытыми черепными травмами. Она была на консульта­циях, где ей хотели помочь приспособиться к состоянию нетрудоспособности, проводили речевые занятия. Было видно, что она упорно, целенаправленно хотела реабили­тироваться и усердно работала над тем, чтобы восстановить утраченные способности.

Во время четвертого сеанса краниосакральной терапии ей осторожно задали вопрос, что она думает о собственном состоянии, каковы ее надежды и предположения на будущее. Она начала всхлипывать, сердиться и переживать, что стала совсем другой, что изменилось ее прежнее «я». У пациентки было чувство, что тело предало ее: она никогда не хотела быть тем человеком, которым теперь оказалась.

Конечно, подобные чувства вполне естественны для тех, кто пережил физическую травму такого масштаба, когда у человека потеряны многие возможности, утрачены способности. Но перед сеансом она еще не могла уверенно утверж­дать о своем чувстве потери, расстройстве и крушении надежд. На самом деле она просто не позволяла себе горевать из-за потери своего бывшего целостного «я», и эмоциональная энергия тратилась на сохранение значительно выраженных чувств горя и печали. Казалось, она специально поддерживала состояние сильнейшего физического напряжения, так как хотела контролировать свое состояние и внешне не проявлять своих эмоций. Но это физическое напряжение мешало нормальной речи! Вдобавок ее излишняя концентрация на своем старом «я» и почти навязчивая ориентация на прошлое углубили депрессию и препятствовали процессу выздоровления.

Как только у нее получилось высвободить горе от потери своего «я», она расслабила и напряжение, имевшее место по всей ротовой полости, в челюстях, горле и верхнем отверстии грудной клетки. В конце сеанса пациентка и ее сопровождающий были удивлены внезапным и значительным улучшением ее речи. Она заикалась гораздо меньше и высказывала свои мысли гораздо свободнее. В течение следующих шести сеансов у нее постепенно улучшалась речь, изменялось настроение.

В конце лечения она утверждала, что нашла способ распрощаться с собой прежней и жаждала начать новый процесс знакомства с собой новой. Польза от краниосакральной терапии была для пациентки и физической, и психологической. Когда исчезли барьеры, приведшие ее в состояние горя и грусти перед лечением, она пришла к состоянию хорошего физического самочувствия и обновленного оптимизма.

В обоих описанных случаях имели место физические и эмоциональные ограничения. Когда они были высвобождены, эти отрицательные факторы проявились в обнаруженной физической энергии. Соотношение физической энергии, присутствующей до и после травмы, следует логике здравого смысла. Несколько более удивительной была реализация физической энергии через эмоциональные аспекты болезни или травмы Как я отметил в начале этой статьи, эмоции очень основательно влияют на состояние нашего организма. Поскольку реакция организма главным образом энергетическая (т. е. биохимиче­ская, электромагнитная и вибрационная), то создается ощу­щение, что эмоциональное освобождение может сопровож­даться значительным высвобождением ощутимой энергии.

В первом случае ощущение этой энергии соединялось со значительным подъемом температуры тела в определенной области на груди пациентки. Тепло, казалось, выделялось из её грудины в течение приблизительно одной минуты; за этим последовал глубокий звучный вздох, как будто пациентка освободилась от огромного количества обременявшей ее энергии, крепко сидевшей в верхней части ее тела.

Во втором случае вибрация, напоминавшая короткие спазмы, возникла у пациентки в области шеи и плеч одновре­менно с чувством, будто огромный магнит отталкивает руки терапевта от ее тела. Этот осязаемый энергетический феномен длился от двадцати до тридцати секунд и так же, как в случае с первой пациенткой, сопровождался звучным глубоким вздохом облегчения.

В одной из своих книг Джон написал, что высвобождение энергетических кист у каждого пациента ведет к реорганизации комплекса «тело – сознание – душа». Если организму в опре­деленный момент жизни понадобилось накапливать в качестве запасных ресурсов эти кисты, то после лечения они ему больше не нужны. Таким образом, в лечении пациента будет заметен прогресс.

Польза соединения телесно-эмоционального освобожде­ния, методов терапевтического воображения и диалога с терапевтическими методами краниосакральной терапии не вызывает никаких сомнений. Тело, сознание и душа – одно целое, если речь вдет о реализации полного потенциала каж­дого из нас, и вполне очевидно, что здоровое состояние одного из компонентов этой триады влияет на состояние двух других.

Как говорил мой научный руководитель в Университете Вирджинии доктор Пол Уолтер много лет назад: «Мы всегда становимся тем, чем должны быть». Уважение нашего индивидуального процесса развития характерно для принципов краниосакральной терапии и телесно-эмоционального осво­бождения. Более того, признание Джоном Апледжером процесса развития идей и изменения установок, так же как и новшеств, которые из этого следуют, выделяет его из большинства наших профессионалов. Мы оказываемся в выигрыше, когда такие личности, как доктор Апледжер, продолжают исследовать способы оздоровления, предназначенные для помощи каждого на пути к здоровью и хорошему эмоциональному самочувствию, к реализации нашего жизненного потенциала. Это помогает нам стать теми, кем мы можем стать в этой жизни.

Почему ТЭО – не психотерапия?

ТЭО включает в себя и элементы физического контакта, параллельно затрагивая психический процесс. Преимущественно это физическая терапия, соединенная с мыслительным процессом, сознанием. Психология не требует физического контакта с пациентом. Методы психотерапии применяются при наличии предварительно определенной задачи и используют определенные наработки. В ТЭО всегда есть доля неизведанного, в ней нет ничего заранее подготовленного и результаты непредсказуемы. ТЭО требует гибкого использования многих методов и средств и продолжает изобретать новые, которые могут использоваться для облегчения процесса оздоровления. Сеанс психотерапии проводит опытный специалист. Достичь телесно-эмоционального освобождения помогает терапевт, навыки которого работают без полного осознания того, что именно он делает.

Психотерапевт работает в русле определенной системы, основываясь на традициях, методах, учитывая специфику болезни (больного). Пациент – человек, приходящий со своими нуждами, часто обессиленный борьбой с болезнью, ищущий помощи со стороны, от специалиста. Для пациента может возникнуть соблазн в чем-то подыграть, приспособиться к психотерапевту, поддержать его систему взглядов на жизнь ТЭО не имеет системы как таковой. Психотерапия может использоваться симптоматически. Цели ТЭО – выявить и высвободить причины, которые привели пациента к болезни. Сеанс психотерапии проводит один человек для другого, и в большинстве случаев психотерапия используется именно таким образом. ТЭО делает сам пациент, для себя, другие ему лишь помогают, ТЭО может начаться непроизвольно, неожиданно.

Я надеюсь, что этот цикл статей приоткрыл для вас двери в неизведанное. Я также хочу, чтобы к вам вернулась часть вашей силы. Прежде всего, все мы рождены с такой силой – помогать друг другу. Потом время и обстоятельства убедили нас, что мы не можем этого делать. Попытайтесь сами, и вы почувствуете, что сможете.

Помните, краниосакральная терапия, память тканей, способы высвобождения энергетической кисты, методы телесно-эмоционального освобождения, использование терапевтического воображения и диалога – все это очень естест­венные методы лечения. Если пользоваться ими здраво, вы поймете, что у всех этих методик практически отсутствуют побочные эффекты. Далеко не обо всех терапевтических методиках можно сказать такое...




© Авторы и рецензенты: редакционный коллектив оздоровительного портала "На здоровье!". Все права защищены.


 
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение
 

nazdor.ru
На здоровье!
Беременность | Лечение | Энциклопедия | Статьи | Врачи и клиники | Сообщество


О проекте Карта сайта β На здоровье! © 2008—2017 
nazdor.ru, nazdor.com
Контакты Наш устав

Рекомендации и мнения, опубликованные на сайте, являются справочными или популярными и предоставляются широкому кругу читателей для обсуждения. Указанная информация не заменяет квалифицированную медицинскую помощь, основанную на истории болезни и результатах диагностики. Обязательно проконсультируйтесь с врачом.

Размещенные на сайте информационные материалы, включая статьи, могут содержать информацию, предназначенную для пользователей старше 18 лет согласно Федеральному закону №436-ФЗ от 29.12.2010 года "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию".